Польское телевидение представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Вторая серия: Отель Эксельсиор
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса: Станислав Микульски
В фильме снимались: Люцина Винницка, Халина Кошник,
Тадеуш Бартосик, Анджей Кониц,
Тадеуш Гвяздовски, Мечислав Каленик и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Анджей Кониц
1942 год.
[звон колокольчика у двери]
- Спасибо, до свидания. - До свидания.
[звон колокольчика у двери]
- Твой отпуск по-прежнему актуален?
- Да. В субботу еду в Тюрингию.
- Нет, поедешь в Гданьск. - Что-то случилось?
- Наша группа в Гданьске парализованна.
Шеф, то есть Первый, мертв.
Мы подозреваем измену внутри.
А теперь слушай внимательно:
В ближайшую среду в 18 часов в отеле Эксельсиор в номере 217
будет Второй - заместитель.
Мы не знаем, кто это.
У тебя - три дня, чтобы выяснить, можно ли тебе туда идти.
- Кто об этом сообщил? - Ты с ним встретишься.
Выйдешь из вокзала - посмотри на план города.
["Данциг."]
- Извините, господин лейтенант, - проверка документов.
- Пожалуйста. - Спасибо.
- Отпуск? - Вы, ведь, умеете читать, сержант?
- Все в порядке, господин лейтенант.
Приятных развлечений. - Спасибо.
- Извините, проверка документов.
- Быстрее, быстрее, быстрей, господа!
В убежище! Прошу в убежище! Прошу, пожалуйста.
Прошу, господа, туда, в убежище, пожалуйста. Спускайтесь, пожалуйста.
Быстрей, быстрей, быстрей!
Фредерик! Ты тоже - в убежище!
- Но ведь кому-то надо остаться, господин Вернер!
- Я сказал - в убежище! - Вам же надо на крышу.
- Добрый вечер. Я хотел бы снять номер.
- Пожалуйста, немедленно в убежище. Прошу!
Номер, естественно, сдадим, господин лейтенант,
но сейчас я очень прошу вас - в убежище!
[сирена]
- О! К счастью, отбой!
Прошу прощения, господин лейтенант.
Фредерик, обслужи. Мне надо пойти в убежище и сказать нашим гостям,
что тревогу отменили.
- Да, господин лейтенант, сегодня нам повезло. Чем могу служить?
Советую апартамент с ванной, с прямым городским телефоном,
но... в других номерах тоже есть телефон,
но связь - через телефонную станцию.
Конечно, есть разница в цене, но вы сами, господин поручик...
- Я только неделю в отпуске, можно и апартамент.
- Вы правы, живем только раз.
Я дам вам 222-й на первом этаже.
Будьте любезны, заполните регистрационную карточку.
- Кто там? - Я принесла сапоги!
- Минуточку!
- Спасибо. Прекрасно вычищенны! Большое спасибо!
[тишина]
- Простите, я забыла спросить, когда мне можно будет убрать?
- Скоро.
Я тоже прошу прощения - я забыл вас поблагодарить.
Пожалуйста. - Большое спасибо!
- Добрый день, господин лейтенант!
Надеюсь, вам сегодня хорошо спалось.
Эти проклятые англичане оставили нас сегодня в покое.
- Во время следующих налетов, если они будут ночью,
прошу меня не будить.
- Вообще-то, мы должны спускаться все, но офицеров,
которые приехали к нам на отдых, мы, как правило, не будим.
- Это господин Гёрт?
Я звоню с вокзала в Оливе.
Все правильно.
Через час у кафедрального собора.
- Вы позволите? - Пожалуйста.
- Простите, могу ли я посмотреть вашу газету?
- Мне жаль, но это вчерашняя.
- У вас есть спички?
Вы закурите?
- Спасибо, я курю только сигары.
- Какой фирмы?
- До войны я курил Гаванские фирмы "Педро Гомес".
- Хорошая погода.
- Да, в прошлом году в это время шел дождь.
- Дождь со снегом.
- Всё в порядке.
Я думал, что я что-то перепутал.
"Кафедральный собор" означает "двор Артуса".
А "через час" означает "немедленно", но вы не подходили.
- Осторожность никогда не помешает!
Вы сообщили в центр, что шеф попался. Откуда вы узнали?
- Обычным путем.
В тайнике, с помощью которого мы всегда связывались с Гербертом,
с шефом, я нашел информацию о том, что он мертв,
и что квартира, которую он снимал на имя Эриха Копке провалена.
- Кто еще знал о тайнике?
- Только номер Второй.
- А вы знаете, кто это? - К сожалению, нет.
Вы же знаете, как организована сеть.
Каждый из пятерки... знал только шефа и не знал всех остальных.
Впрочем, они могли знать его под разными фамилиями,
ведь он использовал не менее трех.
Номер Второй знал всех, но о его функции знал только шеф.
- Что это за люди? - Наши люди.
Например, учитель гимнастики Дидерлих.
- Немец?
- Должен быть немцем, как и все тут.
Дидерлих - это просто Ян Верлач.
- Понимаю... Что вы знаете о провале шефа?
- Пока ничего.
В соответствии с инструкцией,
немедленно после получения этой информации, я приказал
всё остановить и сообщить в Центр.
На вокзале, на карте, я поместил треугольник и стал ждать.
- Вместе со Вторым номером мы должны установить,
кто из оставшихся четырех провалил шефа.
- Мы не можем исключить случай.
- Конечно, но я не могу и шагу сделать без Второго номера.
- А если это он засыпал? - Исключено!
Тогда бы я с вами не разговаривал,
или только на очной ставке в Гестапо.
- Да... Это аргумент.
У вас назначен срок встречи со Вторым номером?
- Да. Я приехал заранее, чтобы осмотреться.
- Я проверю, что с сетью. - До завтра.
Надо тщательно проверить - всё ли на месте,
и, естественно, без риска.
Установить, не сменил ли кто-нибудь адрес.
- Хорошо. Я оставлю сообщение для вас на кладбище в Седницах,
могила семьи Фибиг.
Из главных ворот пойдете по первой аллее направо.
[дверной звонок]
- Иду! Уже иду!
Минутку! Уже иду!
Сейчас, сейчас!
- Добрый день! - Госпожа Хайзер!
Добрый день. Пожалуйста, пожалуйста!..
- Я только на минутку, госпожа Клюге.
А где дети? - Еще не вернулись из школы.
Пожалуйста, может быть вы присядете?
Извините за беспорядок.
Я работала в ночь и не успела навести порядок.
Детям надо обед сварить и опять на работу.
Выпьете чаю? - Да.
А это пирожные для детей, госпожа Клюге.
- Вы балуете моих ребят, госпожа Хайзер.
Не знаю, как мне вас отблагодарить!
Еду я - на картошку зарабатываю.
Может я приду к вам в кафе - убраться или домой - убраться?
- Это глупости, госпожа Клюге.
Садитесь.
- Я хочу вас спросить... - Слушаю, госпожа Хайзер.
- Вы говорили, что в ваш отель иногда приезжает
представитель мыльной фабрики - датчанин или голландец?
- Да, да. - Спасибо.
- Очень милый господин!
Всегда дает мне рекламные кусочки мыла.
Вы, ведь, знаете - в теперешние времена...
- Именно! У меня тоже закончился запас мыла,
а то, что можно получить в магазине, - не годится.
Дорогая госпожа Клюге,
если бы я познакомилась с этим господином,
мне бы удалось что-нибудь купить у него.
- Сейчас его нет, госпожа Хайзер,
но, как только он приедет, я вам скажу.
- Я буду вам благодарна!
Прекрасный чай!
Но мне пора идти. Спасибо, и поцелуйте детей.
Скоро я принесу снова... что-нибудь вкусное.
Может вам пригодится парочка марок? Могу одолжить.
- Госпожа Хайзер, вы знаете, как мне тяжело.
Если бы вы в самом деле могли, я отдам сразу после зарплаты!
- Пустяки, это не срочно.
- Не знаю, как мне благодарить. Без вас мы бы давно...
- Ну хорошо, хорошо. До свидания, госпожа Клюге.
- До свидания, до свидания.
До свидания!
[пение птиц]
[тревожная музыка]
- Опять ничего...
Бубе! Бубе!
Боже мой, Бубе! Спасибо!
Спасибо, господин! - Следите за ним получше.
- Прошу, пожалуйста, господин лейтенант!
Прошу, чем могу служить?
- Я немного похудел.
Вы не могли бы мне этот мундир подогнать?
- Конечно, господин лейтенант, с удовольствием!
Прекрасный мундир, малоношеный!
- Такие времена.
Теперь редко приходится ходить в парадных мундирах!
- Снимем мерку, господин лейтенант.
Вы, наверное, в отпуске? - Да.
- А может вы бы хотели переодеться
на эти несколько дней в гражданскую одежду?
Чудесный костюм! Как раз на вас!
Могу продать, сдать на прокат.
- Я часто скучаю по гражданской одежде, но, думаю,
что теперь бы уже не сумел в ней ходить.
- Понимаю, понимаю...
Мы, немцы, без мундира чувствуем себя калеками.
Будет готово завтра. - Уже завтра? Прекрасно!
У вас мало работы,
и это в то время, когда почти все немцы ходят в мундирах.
- Вы сами сказали, господин лейтенант,
что парадными мундирами редко пользуетесь.
- Чудесный песик!
Извините, это нервы. - Понимаю. Понимаю вас.
[апплодисменты]
- Хайль, Гитлер!
Здесь мы можем поговорить свободно. Хорошее место.
- Да, прекрасная идея. Что нового?
- У меня есть информация относительно отеля Эксельсиор.
Шеф там снимал апартамент, в котором появлялся раз в месяц
как богатый юнкер Фон Хаген.
- Какой номер? - 217.
Мой информатор сообщает еще,
что они там в отеле по-прежнему ждут господина Фон Хагена.
Отсюда следует, что Гестапо
пока не связало господина Фон Хагена с господином Копке,
который совершил самоубийство в своей квартире.
- Это что-то новое!
Откуда известно, что это - самоубийство?
- Я получил сообщение от Второго.
Он установил со всей определенностью,
что тут же, после приезда Гестапо в квартиру шефа,
к дому подъехала машина скорой помощи.
А потом тело было перевезено в морг больницы Марии Магдалены.
Характерные признаки отравления цианистым калием.
- Пошли в буфет.
Что у наших людей?
- Эмма Шмидт не сменила ни квартиру, ни работу.
По-прежнему опекает ребенка групенфюрера СС.
Ингрид Хайзер держит кафе по тому же адресу.
- Я навещу ее.
Эрнст Пфэйфер переделывает мне мундир.
А этот информатор из отеля надежен?
- Помощник повара, поляк, вывезенный сюда насильно на работу.
Он передал еще информацию, которую я не очень понимаю.
А именно, он слышал, как один из кельнеров
бранил директора отеля, а тот слушал его спокойно, как овечка,
хотя известен тем, что не цацкается ни с кем.
- Интересно... Займись этим кельнером.
- Я узнал, что это лентяй, пьяница, почти не выходит из отеля.
- Надо установить, с какого времени он работает.
- Вы меня недооцениваете. С 16-го прошлого месяца.
- То есть через два дня после исчезновения Герберта.
Так может все таки Гестапо
связало господина Копке с господином Фон Хагеном?
Послушайте...
Послезавтра, примерно в 18 часов,
надо будет обязательно обезвредить этого кельнера.
Не надо ликвидировать, достаточно споить его.
- Вы сказали мне очень много.
- И я вам доверяю.
- Но не совсем. - Абсолютно.
Но мы оба знаем, что нам нельзя сказать ни единого слова
сверх того, что необходимо.
Ну, пошли - перерыв кончается.
- Взгляните осторожно на лестницу.
Это она - Ингрид Хайзер.
- Раз, два, три, четыре! Левой! Левой!
- Браво! У сержантов не будет трудностей с ними!
- Правда - они великолепны?
- Вы замечательный учитель, господин Дидерлих.
- Вы меня знаете? - Я хотел бы с вами поговорить.
Вы можете отпустить ребят? - Конечно.
Дружина, стой! Разойдись!
Я слушаю. В чем дело?
- Но не здесь. Я офицер Адлера. Вы поедете со мной.
- Конечно. Позвольте только взять пиджак из школы, ладно?
- Пожалуйста. Я подожду вас там, у машины. Поторопитесь.
Сильный парень! Даже глазом не моргнул.
- А если он поедет с нами?
- Попробуем из него что-нибудь вытянуть.
[тревожная музыка]
- Господин учитель, какой-то офицер спрашивал вас.
- Я знаю.
Господин Шульц, скажите, пожалуйста, господину директору,
что мне пришлось уехать на пару дней.
Важное семейное дело. - Хорошо, господин учитель.
[тревожная музыка]
- Господин учитель Дидерлих
вышел 10 минут назад, господин лейтенант, -
вы не могли его не заметить.
- А есть тут какой-нибудь другой выход?
- Есть - через котельную,
но зачем господину учителю выходить через котельную?
Он сейчас уехал, но вернется через несколько дней.
Мне передать ему что-нибудь?
- Нет, спасибо. Мне этого достаточно.
- Так мы договорились, госпожа Клюге, да?
Ах да... Вы завтра работаете в отеле после обеда?
- Утром. Если вам что-нибудь нужно... - Нет, нет, пустяки.
Благодарю еще раз, госпожа Клюге.
Пожалуйста, обнимите от меня детей и купите им что-нибудь вкусное.
- Что вы делаете? Правда не нужно, вы так добры ко мне!
Если вам еще что-нибудь потребуется, я всегда...
- До свидания, госпожа Клюге. До свидания, спасибо.
- До свидания, я буду ждать!
- С сахарином или с сахаром? - С сахаром...
и обязательно с улыбкой.
Вы не могли бы налить вторую чашку?
- Вторую? Вы кого-то ждете? Так ведь, остынет!
- Я жду вас! И приглашаю на чашку кофе с сахаром.
- И с улыбкой? - Конечно!
- А если придут другие гости? - А, глупости!
- Хорошо. Но только на минутку. [смеется]
Пожалуйста! [смеются]
Если бы меня увидела госпожа Ингрид...
- Госпожа Ингрид?
- Мы в кафе Ингрид. Госпожа Ингрид Хайзер его владелица.
- Хайзер? - Да.
- Я знал человека с такой фамилией. Он погиб.
- Муж госпожи Хайзер тоже погиб. Он был офицером.
- Ну что же, война.
Мой друг Отто Хайзер был капитаном. Замечательный человек!
- Вы сказали Отто? Отто Хайзер?
Вы должны увидеться с госпожой Ингрид!
Мужа госпожи Ингрид звали Отто, и он был капитаном.
- Он погиб в кампании в Греции? - Да, именно в Греции!
Вы должны... подождать госпожу Ингрид!
- С радостью познакомлюсь с женой моего друга!
Он ее очень любил. Показывал мне фотографии. Она, ведь, красивая?
- Да, даже очень!
Вот и она!
Госпожа Ингрид, господин лейтенант знал господина капитана.
- Добрый день.
Возьми мой плащ, Люци.
- Вы ко мне? - Собственно, нет.
Барышня назвала вашу фамилию, а я рассказал о моем друге.
Фотографии, однако, не лгали. Вы, действительно, прекрасны!
- Отто показывал вам мои снимки?
- Да. Мы вместе были в Греческой кампании.
- Садитесь, господин лейтенант. Позвольте.
- Буду польщен!
- Бедный Отто.
Он был у меня в отпуске за три недели до смерти.
Он боялся возвращаться - предчувствие.
- Нелегко возвращаться из отпуска.
Меня это ждет через несколько дней,
поэтому я рад, что познакомился с вами,
ведь, у меня тут нет никого близкого.
- Если хотите, я охотно буду вашим гидом по Гданьску.
- Не смею просить.
- Люци, дай мне чашку кофе. - Сию минуту, госпожа!
- Друзья моего мужа для меня - самые милые гости.
Особенно близкие друзья.
- Когда мы можем увидеться?
- Если у вас свободен вечер,
может даже сегодня.
[тревожная музыка]
- Те самые ворота, господин гаупштурмфюрер! Номер 66.
- Спасибо.
Вы меня подозревали, признайтесь?
- А вы меня. - Только одно мгновение.
У меня есть цианистый калий.
- В такие минуты я не думаю о цианистом калии.
Что с нашими людьми?
- У меня известие от Второго.
Завтра ждет в назначенное время.
Наш учитель гимнастики
сразу же из школы сбежал на другую квартиру,
однако свою хозяйку по прежнему адресу
он верно предупредил по телефону,
так как моему человеку она сообщила,
что он уехал на пару дней к родным в деревню.
- Оставьте сообщение в его тайнике,
что это была только учебная тревога.
Пусть возвращается в школу. Следующий?
- Портной Пфэйфер не выходит из магазина, живет там,
даже не пытается звонить по телефону.
Мой информатор из Гестапо его прослушивает.
Об Ингрид Хайзер у меня нет известий.
Христьянсон - агент датской фирмы и ездит по стране.
- Дальше.
- У Эммы Шмидт выходные по средам. Завтра - среда.
- Немедленно сообщить, если кто-то из нашей пятерки
будет пытаться искать связь.
Тот, кто будет пытаться найти связь, тот и есть Второй номер.
- Добрый вечер, господин лейтенант. К вашим услугам!
- Что слышно хорошего, господин Фредерик?
- В газетах, как всегда в газетах: снова успехи на фронте -
мы оторвались от неприятеля.
- Для вас, гражданских, отрыв от неприятеля - вовсе не успех.
- Я не гражданский, господин лейтенант.
Я помню, как в 16-м году мы оторвались от французов.
Какая это была радость!
Но не будем говорить о войне - на это будет время после победы.
- Прошу. - Спасибо, господин Христьянсон.
- Спасибо.
- 223-тий... - 223? Мой сосед.
- Раньше до войны 223 и 222 сдавали парочкам,
которым хотелось быть вместе, но при этом нельзя, мда...
Вы, господин поручик, догадываетесь, о чем это я?
- Так эти номера соединяются? Я не заметил.
- Через балкон, господин лейтенант. Через балкон...
- Тогда мне жаль, что господин Христьянсон - не изящная брюнетка.
Спокойной ночи. - Спокойной ночи, господин лейтенант.
[тревожная музыка]
[шаги]
[щелчки замков чемодана]
[шаги, звук двери]
- Что-нибудь случилось, господин лейтенант?
- Вы не видели, здесь никто не проходил?
- Нет, никто не проходил.
- А где тут служебная лестница? - Там.
[звук спускающихся шагов]
- [шепотом] Быстро!
[лай] Голос: - Вольф! К ноге!
Извините, пожалуйста, ради Бога, извините!
Ах, это вы, господин лейтенант! Какая встреча!
Вольф, верно, вас узнал и обрадовался.
- Это очень мило с его стороны.
- Э... Ваш мундир уже готов.
Вы должны были зайти сегодня, я ждал, но...
что за случай - наша встреча!
- Действительно, удивительный случай!
- Мы приходим сюда ежедневно. Это наша вечерняя прогулка.
Вольфу полагается немного свободы.
Когда вы желаете зайти за мундиром?
- Я зайду завтра.
Поздравляю с таким псом - великолепно выдрессированн!
Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, господин лейтенант!
[собака лает]
- Господин лейтенант, вы здесь? Что-то со мной нехорошо...
Только-что отсюда вышла женщина.
Я поклялся бы, господин лейтенант, что не видел ее входящей!
Вас я видел направляющимся наверх,
а тем временем, вы приходите с улицы.
Всё это из-за этих налетов, из-за недосыпания.
- Интересно... Можно позвонить? - Пожалуйста.
[нажимает рычаг] - Нет сигнала.
- Опять, наверное, отключили. Постоянно портится.
Господин Лемнер хотел поменять,
но вы же знаете, как теперь трудно достать новые регламентации.
- Глупости, позвоню от себя из номера.
Ведь, у меня прямая связь с городом.
[нажимает рычаг телефона]
[плавная танцевальная музыка]
- Что вы пьете?
- Что вы будете пить? - Я - коньяк.
- А вы? - Я тоже коньяк.
- Значит, два коньяка и одно пиво.
- Вы прелестно выглядите!
- Как бизнес, господин Христьянсон?
- Да, я не жалуюсь, не жалуюсь, господин оберштурмфюрер.
- Прошу! За победу! [Вместе:] - За победу!
- Выпьем еще? - Вы расточительны, Ганс!
Знаете, сколько продовольственных купонов вырежут за этот коньяк?
- Отпуск у меня кончается - мне не надо экономить!
Кельнер!
- Куда вы едете?
- Пожалуйста, еще два коньяка.
В армии говорят: "к месту дислокации моей части",
но вам - вдове немецкого офицера, я могу сказать.
Я возвращаюсь в Генеральное губернаторство.
- Ах, туда... Я вам не завидую!
- Именно потому, что я уезжаю, я хотел бы вас кое о чем попросить.
Я хотел вас попросить посвятить мне целый день.
Это будет самый прекрасный день моего отпуска!
- С удовольствием, Ганс!
- Большое спасибо.
Я буду вспоминать это с удовольствием. Значит, завтра?
- Вы застали меня врасплох, Ганс.
Завтра мне надо сделать несколько важных дел -
отложим на послезавтра?
- А послезавтра, в свою очередь, я не могу. А жаль...
А нельзя ли так устроить, чтобы к 18 часам вы вернулись?
- Почему вы думаете, что я должна вернуться к шести?
- Магазины открыты до 20 -
я думал, вы хотите что-нибудь купить.
- Уже поздно.
Выпьем последнюю рюмку?
- Знаете, почему я согласилась на сегодняшнюю встречу?
Потому что вы мне нравитесь.
Так нравитесь, что я... не обращаю внимание на мелочи.
Ну, например, на ложь,.. которой вы меня засыпаете.
- Ложь? Не понимаю.
- Мой муж не был в Гданьске за три недели до смерти, Ганс.
Мы, вообще, не виделись с начала войны. Мы не жили вместе.
И он...
Он не мог показывать вам мои снимки,
потому что он меня ненавидел. Всегда.
- Ингрид... - Пойдемте, Ганс.
Загляните ко мне в кафе перед отъездом -попрощаться.
- Я вас провожу. - Нет, спасибо, я сама справлюсь.
Прошу простить меня, Ганс, но...
на сегодня с меня хватит вашего общества.
- Гестапо получило донос, что в том доме кто-то слушает Лондон.
Ошиблись этажом.
У Герберта нервы были не в порядке.
Когда он услышал их за дверью... - Понимаю.
Это наверняка?
- Да, как вся моя информация из Гестапо. Скорее - да.
[пение птиц]
- Я получил новое сообщение от Второго:
Христьянсон вернулся раньше и остановился в отеле Эксельсиор.
- Знаю, в номере 223. - Правильно...
Видите ли, на следующий день после того дня, когда шефа арестовали,
когда он совершил самоубийство,
Христьянсон должен был с ним встретиться
и передать ему важные микропленки со снимками бассейна Рура.
Второй знал об этой встрече.
Ясно, что если бы Христьянсон засыпал шефа,
то он не имел бы при себе этих микропленок.
Второй это проверил. У Христьянсона есть эти микропленки.
А что еще?..
Идя сюда, я случайно заметил, что Эмма Шмидт
нанесла визит к Пфэйферу. - Интересно...
Георг, теперь будьте внимательны.
Если я не приду на встречу сегодня в 19,
это значит, что я попался.
Немедленно сообщите в Центр.
От меня они ничего не узнают.
Вы всё ликвидируете и порвете связь со всей пятеркой.
- Да, но я надеюсь - вы как-то застраховались?
- Я приду туда в последнюю минуту.
Отодвинутая занавеска означает "опасность".
- Как в романе...
А из этой Ингрид Хайзер вы что-нибудь вытянули?
- Это, скорее, она из меня вытянула.
- Вы помните того штурбанфюрера, с которым она была в театре?
- Ну?
- По всей вероятности, она его любовница.
- Хороший наблюдательный пункт - постель штурбанфюрера.
- Ты снова пил, идиот?
- Послушай, Фриц... - Молчи!
Я дал тебе этот шанс только потому, что ты мой брат.
Офицер СС, допустивший, чтобы фотографировали концлагерь,
и позволивший, чтобы эти снимки попали на Запад,
заслуживает расстрела! Ты понимаешь?
Только мои заслуги спасли тебя, Эрик!
И моя верность фюреру!
- Я, ведь, объяснил, что не знал!
- Я читал рапорты - ты упился, как свинья!
Если ты не перестанешь пить, Эрик... - Обещаю тебе, Фриц.
Но, пойми, в этом... паршивом отеле можно повеситься от скуки!
Это ужасно - увиваться вокруг гостей,
как будто я... простой... осведомитель, а не штурмфюрер!
Чего мы ждем?
- Ждем парня, который сошлется на фамилию Хаген
и снимет номер 217.
Только так мы выйдем на след вражеской разведывательной сети.
Невиновные не отравляются цианистым калием!
Этот глупый Копке умер прежде, чем успел что-либо сказать.
Мы даже не знаем, на кого он работал.
Не знаем, какова была его функция, с кем он был... связан!
Но, поймав того, кто снимет номер 217, мы сможем накрыть всех!
И это будет твоя заслуга, Эрик!
Я скажу об этом рейхсфюреру, и ты будешь прощен.
Но ты должен перестать пить!
- Но когда этот тип приедет?
- Не будь идиотом, Эрик.
Он может прийти сегодня,
а может прийти лишь через два месяца,
но придет наверняка, придет!
А тогда хватит одного твоего телефонного звонка.
[тревожная музыка]
Держись, держись!
Давай.
Слушаю вас! Мне очень жаль, но у нас нет свободных номеров.
У меня здесь встреча с господином Фон Хагеном. Он уже здесь?
Нет, он еще не пришел.
Но господин Фон Хаген предупредил вас?
А, да, да, да,.. действительно.
Господин Фон Хаген предупредил меня, что я должен дать ключи любому,
кто сошлется на него.
Пожалуйста. Номер 217.
Первый этаж. Ванная, прямой городской телефон.
Вы собираетесь остаться здесь на ночь?
Если да, то попрошу выполнить формальности - зарегистрируйтесь.
Если я решусь остаться, то зарегистрируюсь вечером.
Если кто-то еще придет к господину Фон Хагену, впустите его,
а это - за следующие три месяца.
Господин Фон Хаген поручил мне отдать вам.
- Большое спасибо.
Ну? Что с Эриком?
- Придет в себя к утру.
[нажимает рычаг телефона]
- Черт бы побрал этот телефон!
- Что случилось, господин Леннор?
- Простите. - Слушаю?
- Извините, пожалуйста, что я пришел раньше, но, боюсь...
- Входите.
Что случилось?
- Вертятся тут какие-то люди. Я боюсь, они что-то знают.
- Это Вы предлагаете костяные пуговицы к полушубкам?
- Да.
- Извините, я приняла вас за поставщика, а вы - директор отеля.
- Это я... Прошу прощения.
[тревожная музыка]
- Ну да! Я совершенно забыл об этом!
- В чем дело, господин Лернер?
- Иди к Эрику!
А какой телефон в 217-тый?
- 17-297.
Но этот аппарат... - Включился. Иди и тут же возвращайся!
[тревожная музыка]
- Алло!
Ну почему вы кричите?
Что там происходит? Алло! Алло! Алло!
Что-то случилось в номере 217!
- Мужчина... Какой-то мужчина бежал в сторону служебного выхода!
- Слишком поздно - успел сбежать.
Это был выстрел с близкого расстояния.
- Мы ничего не слышали. - Да.
- Правда, господин Лернер? - Прошу всех выйти, выйти всем!
- Кто она?
- Поселилась несколько минут назад.
Сказала, что зарегистрируется только вечером.
- У нас - постоянные проверки, так что я позвонил, чтобы она побыстрее
выполнила эти формальности.
Вдруг она начала кричать, так что я прибежал сюда.
Убийца, наверное, ждал ее.
- Пошли, господин Фредерик.
А вы позвоните в полицию
и ни в коем случае ничего здесь не трогайте.
Хорошо, господин лейтенант.
- Что за времена! Такая молодая, красивая женщина...
- Вы тоже видели этого убегающего мужчину?
Я никого не видел.
Коридор был уже пуст, когда я туда дохромал.
Это чертово напоминание из-под Вардена...
Ну а потом вы, господин лейтенант, меня догнали.
- Пять минут седьмого.
Я заскочил только на минутку, так как
- договорился о встречи на четверть седьмого - тут эта история.
Мне надо позвонить. Телефон все еще испорчен?
- Нет, уже включился.
- Пожалуй, нет - нет сигнала.
- Молчит, как проклятый. Ничего не понимаю!
Шеф звонил отсюда покойнице,
если можно так выразиться об этой красивой женщине.
А знаете, господин... лейтенант,
я вам говорил, что мне вчера привидилось,
что женщина, которую я не видел входящей, вышла из отеля.
Побьюсь об заклад, что это та дама.
- Полиция сейчас приедет.
Господин лейтенант, можно вас на два слова?
Это... вы предлагали мне костяные пуговицы к дубленке?
- Пуговицы? О чем вы говорите?
- Вся эта история расстроила - ваши нервы, - господин Лернер.
Прилягте и отдохните.
- Да, действительно, я немного расстроился.
Извините, господин лейтенант. - Мне пора идти.
Я пришел в отель уже после всего.
В случае чего вы и Федерик можете это засвидетельствовать.
Я вернусь через час. - Да, хорошо, господин лейтенант.
- Хорошо, что вы уже пришли. - Я беспокоился о вас - пришел раньше.
- Второй убит. - Кто?
- Ингрид. - Вы знаете, кто ее убил?
Да. Не знаю только еще почему.
Самое важное, что сеть чиста. Измена пришла извне.
Ну, завтра снова за работу, Георг!
- Слушаюсь!
[звук самолетов, бомб, сирена воздушной тревоги]
- А, это вы, господин лейтенант!
Что, не дали вам спать эти английские бандиты?
Вы пришли на них посмотреть? - Нет, я пришел поговорить.
Я торгую исключительно пуговицами из перламутра.
Спокойно, Лемнер! Поговорим.
Почему ты ее убил?
- Она была агентом Гестапо. - Лжешь! Это ты агент Гестапо.
Ты предал господина Фон Хагена. - Нет. Правда.
Нет, этот штурбанфюрер говорил, что пришли к нему совершенно случайно.
У него был дополнительный ключ от 217-го - от того номера.
В течение ночи они обыскали все отели, потом забрали меня. Правда!
- Тебя били? - Нет - показывали, как бьют.
Я был послушен господину Фон Хагену и не предал его.
- Почему ты был послушен?
Не хочешь говорить? Я тебе помогу.
Господин Фон Хаген знал о тебе нечто,
а ты не хотел, чтобы об этом узнало Гестапо.
И поэтому ты убил эту женщину - ты боялся, что и она это знает.
Что это было?
Разведка, да?
- Да. Для французов.
Фон Хаген знал все и шантажировал меня,
а эту девушку забрало бы Гестапо, и она все равно бы выболтала.
- Про тебя? - И про вас тоже!
- Кто тебе помогал?
- Прислали Эрика, но он упился, как свинья.
- Я не хочу тебя убивать - ты сделаешь это сам.
[звук самолетов, бомбы]
Цианистый калий. Держи.
- Нет!
- Я кладу это сюда. - Нет!
- У тебя - минута времени. - Нет! Нет!
[тревожная музыка]
[кричит]